Конечно, у любого образовательного учреждения достоинств (и в учебной, и во внеурочной деятельности) хоть отбавляй! Но сейчас наступит момент истины Речь пойдёт о таком явлении, которого нет ни в одной другой школе, гимназии, ПТУ, техникуме, ВУЗе города, и, не побоимся этого слова, области. А именно: студии игрового кино Голливуд-173, руководит которой лицейский Спилберг и Стивен Кинг в одном флаконе НАТАЛЬЧУК ОЛЬГА ГЕННАДЬЕВНА, которая любезно согласилась поведать широкой публике об истории создания киностудии.

 

Вначале было слово. И слово было директорское

И сказал директор:

- Вот вам, Ольга Геннадьевна, видеокамера. Сделайте нам кино.

И взяла я камеру в руки свои, и встала я, и пошла я с камерой. И долго ходила я с камерой по школьным помещениям, как Адам по райским кущам, и пришла я в класс, и передала слово директорское

Обступили меня отроки и юницы, стали дёргать меня за одежды и стенать:

- Делайте нам кино, Ольга Геннадьевна! И пойдём мы за вами аки агнцы за пастырем.

И выбрала я среди них осветителей, звукооператоров и ассистентов, и было избранным счастье великое. Но возроптали остальные учащиеся, и возжелали они славы актёрской и взалкали ролей главных. И провела я меж них испытание, и сказала, что это хорошо, и назвала испытание кастингом. И наиболее преуспевшим дала я роли большие, а прочим достались роли малые, эпизодические.

И стала я снимать кино. И дрожала камера в руках моих. И перевирали актёры мои монологи свои. И кричала я: Да будет свет! - когда гасла лампа в руках осветителя. И кричала я: Да будет тьма! - когда слепили блики от прожектора глаза актёров моих. И проходили в тяжких трудах часы и недели, и рыдали от усталости осветители и ассистенты, и падали в изнеможении актёры после сто первого дубля.

Но закончились съёмки мои. И начались муки мои. Ибо не съёмкой единой жив режиссёр, но монтажом и озвучкою, а иже с ними компьютерной графикой, титрами и субтитрами. И сидела я без сна и отдыха по тридцать часов перед монитором своим, и являлись мне в забытьи кадры и спецэффекты, проплывали титры и субтитры пред очами моими. И боялись подходить к компьютеру моему домашние мои, ибо страшились гнева моего.

И завершился монтаж мой. И получился фильм мой. И нарекла я его Мумия возвращается. И смотрели актёры, осветители, ассистенты и операторы творение своё. И возрадовались они, а некоторые возгордились. Но порицала я некоторых, ибо гордыня грех есьм!

И показала я директору фильм свой. И смотрел директор фильм мой, и сказал, что это хорошо. И весь педколлектив смотрел фильм мой, и сказал, что это хорошо. И все учащиеся школы смотрели фильм мой, и сказали, что это хорошо, и запросились многие в киностудию мою.

И сказал директор:

- Да будет так! Делайте, Ольга Геннадьевна, и дальше нам кино. И выпускайте по фильму в месяц.

Но взмолилась я:

- Как не может стадо верблюдов пройти сквозь игольное ушко, так и я не смогу за месяц написать сценарий, отснять, смонтировать и озвучить полноценный, пусть и короткометражный, фильм.

И смилостивился директор:

- Будь по-вашему. Делайте уж по фильму не в месяц, а в четверть.

И взяла я камеру в руки свои, и пошла

 

 

главная

назад